21 день на небе — Интервью со Стивом и Кэти

Сорок пять дней на аппарате искусственной вентиляции лёгких. Двадцать один из них — в медикаментозной коме, чтобы тело не сопротивлялось. Всё это время врачи держали Стива между жизнью и смертью, а его дух шёл по небу в сопровождении ангела.

Небо, которое он увидел, не было сном и не было видением. Там был запах, было осязание, были цвета, каких не бывает на земле. Там были боевые кони, тронный зал и самый важный разговор в его жизни. А ещё была жена, которая двадцать дней не могла даже войти в его палату — и научилась воевать за его жизнь словами.

«Тебя возьмут на небо, пока тело будет исцеляться»

Ангел появился почти сразу, как Стива погрузили в сон. Он парил параллельно кровати, чуть выше, и представился: Марзука. Имя он произнёс по буквам — м, а, р, з, у, к, а. «Здравствуй, Стив. Я здесь, чтобы отвести тебя на небо на время, пока твоё тело будет исцеляться».

Спорить с тем, кто предлагает отвести тебя на небо, не хотелось. Дух Стива вышел из тела, поднялся вверх, и они вместе прошли сквозь здание, сквозь атмосферу и дальше. Духовные глаза видят гораздо более широкий спектр света, чем естественные, поэтому по дороге он видел звёзды, галактики, газовые скопления, туманности. Некоторые звёзды проносились так быстро, что превращались в полосу. Обернуться назад, на землю, он не захотел ни разу.

Туннеля света он не видел — о таком рассказывают другие, а он говорит только о том, что видел сам. Весь путь занял около пары секунд: «Пара взмахов ресниц — и ты там».

Двадцать дней, когда в палату нельзя было войти

Кэти — врач-педиатр. Но когда её собственный муж оказался в реанимации, правила больницы оказались сильнее профессии: двадцать дней ей не разрешали войти к нему, хотя к другим пациентам она ходить могла.

Она видела анализы, настройки аппарата, показатели на мониторе — как врач она понимала происходящее лучше большинства. Именно это делало ожидание тяжелее. «Мне было труднее всего взять всё это знание и сказать: Надейся на Господа всем сердцем твоим, и не полагайся на разум твой».

За год или два до этих событий Господь сказал ей сделать маленькую комнату наверху лестницы молитвенной комнатой. Тогда она просто проводила там по получасу-часу в день в присутствии Господа. Когда Стив попал на аппарат, эта комната стала использоваться по-настоящему.

«Господи, я не знаю, что делать», — сказала она однажды. И Дух Святой ответил её духу: «Ты знаешь, что делать». Вместо слов сомнения она произнесла другое: «Я знаю, что делать. Я понимаю слово веры. Я учусь этому с девяти лет. Я знаю, что в Божьем слове есть сила, и оно самое могущественное во вселенной».

Она составила документ на четыре страницы — стихи об исцелении. Каждый день по видеосвязи она говорила их над мужем: кричала, молилась в духе, молилась словом — по часу и по два в день. Так же она делала и после того, как ей разрешили приходить в палату.

Ангелы внемлют Божьему слову. Поэтому она каждый день отправляла ангелов в его палату — «небесное воинство, двадцать пять ангелов». Почему именно двадцать пять? «Не знаю. Просто пришло в голову такое число».

Однажды она разговаривала с подругой Мэрилин, которая жила на другом конце мира. Мэрилин была молитвенницей: она и её муж проводили бессонные ночи, молясь за Стива. О том, что Кэти каждый день посылает ангелов в палату, она не знала. И вдруг сказала: «Кэти, я вижу палату Стива. Господь показывает её мне. Я вижу там множество ангелов. И два больших ангела стоят по обе стороны двери — они не пускают в эту палату ничего злого. Господь говорит мне, что это посольство неба».

Иногда мы молимся и не ждём именно такого ответа — но Бог отвечает. Здесь, на земле, слишком много сопротивления, поэтому приходится контролировать свои мысли: брать всякое помышление в плен послушания Христу и следить за тем, чтобы думать Божьи мысли и произносить их вслух.

Тем временем состояние Стива ухудшалось. Отказ почек, три приступа бактериальной пневмонии, бесконечные попытки снять его с аппарата. Однажды его пытались отправить в дом престарелых вместе с аппаратом. Страховые компании, документы, отчаяние. Шансы выжить врачи оценивали в 15–20 процентов, а с учётом всего, что с ним происходило, — около 2,7 процента.

Что ждёт человека на небе

Небо встретило Стива поляной — трава яркая, зелёная, мягкая, как облако, но упругая: её нельзя было примять, она всегда возвращалась обратно. Рядом стояло здание, которое он называет центром встречи. Вывески на нём не было, но внутри всё было устроено именно так.

Под потолком висел огромный светильник — не с лампами, а с камнями: алмазами, рубинами, изумрудами. Они светились и сами наполняли комнату светом. На стенах были резные изображения четырёх сцен: луг, гора, долина и берег. Тогда он не понял, что это, а позже сообразил: именно эти четыре места он и увидел на небе.

За изящно вырезанным столом стоял человек: «Добро пожаловать на небо, Стив. Марзука будет твоим проводником и покажет тебе то, что нужно увидеть».

За зданием расстилался луг. Огромные пятна цветов — цвета стекались и смешивались друг с другом, а аромат невозможно описать. Росли там деревья с широкими стволами, раскинутые и невысокие, с кроной метров двадцать в поперечнике. Позже он понял, что это деревья, выросшие из горчичного зерна. «Мы называем их деревьями веры. Наша вера — как горчичное зерно: она должна расти и превратиться в такое дерево, а не остаться семечком».

Первыми его встретили собаки. Восемь собак, которые жили у них и умерли. Все они ушли старыми и изношенными: у одной не было глаза, она хромала и носила на лапе след тяжёлой травмы. На небе она бежала — с обоими глазами, без единого шрама, с красивой шерстью. Все собаки были здоровы, полны сил и играли друг с другом. Они узнали его, и он узнал их.

О том, будут ли животные на небе, Библия не говорит ни прямо за, ни прямо против. Но небо — это полнота радости, а Бог сотворил всё творение и воскресит его. На небе есть кони и птицы — почему бы не быть и собакам?

Потом он встретил коллегу по имени Гэри, который на земле был грузным и постоянно слышал советы похудеть. На вопрос «Как тебе здесь?» Гэри ответил: «Мне здесь очень нравится: я могу есть всё, что хочу, и не набираю вес». Выглядел он превосходно. Все, кого Стив видел на небе, выглядели лет на двадцать пять — тридцать. Никто не выглядел так, как в момент смерти: все молодые, здоровые, полные сил. И у всех были волосы — у отца Стива, который умер лысым, на небе была полная шевелюра.

Он увидел родителей, родителей Кэти, своего брата Теда и племянницу. С братом они не виделись тридцать лет. «Тед, как же давно это было», — сказал он, обнимая его. «Мне кажется, я только что сюда пришёл».

Времени там нет. Поэтому на небе есть места, которые кажутся невозможными: Стив попал на бейсбольный матч. Именно бейсболу его научил брат, и в детстве они играли во дворе.

В какой-то момент он увидел мальчика, которого не ожидал увидеть. Много лет назад у Кэти был выкидыш на раннем сроке. Они решили, что это будет мальчик, и хотели назвать его Даниил. Мальчик подошёл и сказал: «Привет, меня зовут Даниил. Мне кажется, ты мой папа». Он живёт здесь с другими маленькими детьми, и Иисус приходит и играет с ними. «Я знаю, я её видел», — ответил он, когда Стив сказал, что Кэти хотела бы его увидеть.

Ушедшие знают, что происходит на земле. Отец сказал Стиву: «Тебе очень повезло с женой — она о тебе прекрасно заботится». Мать отреагировала на одну семейную ситуацию коротко: «Да, я знаю». В Библии сказано, что мы окружены облаком свидетелей.

Он побывал в доме отца — точнее, в одной из комнат. Отец был резчиком по дереву: начал вырезать ещё в детстве, а выйдя на пенсию, занялся этим всерьёз. Комната была полна его работ. «Знаешь что? Я могу сидеть здесь и вырезать. Если я ошибусь, я могу сказать своей ошибке — и она исправится». Вера действует и на небе, только без сопротивления: там она приносит результат мгновенно.

И ещё одна деталь. На небе нет облаков, нет теней и нет солнца. Бог — свет неба. Небо там приятного синего оттенка, а теней не бывает, потому что свет не падает с одной стороны.

Тронный зал, боевые кони и встреча с Иисусом

Последним местом, куда Марзука привёл Стива, был тронный зал. Они сделали несколько шагов внутрь, и ангел опустился на колени, склонил голову, положил руку Стиву на спину и подтолкнул его вперёд. Стив прошёл метров пять и остановился. Впереди было семь ступеней, а наверху — два трона: Бог Отец, который был светом, и рядом Иисус. Свет не резал глаза. «В той комнате было столько любви, столько защиты, столько силы».

Иисус встал и пошёл к нему вниз. Он выглядел примерно на метр восемьдесят пять, с длинными волосами и аккуратно подстриженной бородой.

«Я хочу показать тебе две фотографии». На первой Стив лежал на земле, и снимок был серым, без цвета: лицо бледное, выглядит плохо. «Это ты. Но с тобой всё будет хорошо». Вторая была тем же кадром, только в цвете: лицо порозовело, он выглядел гораздо лучше, а одет был в красное и белое. «Это ты. Ты исцелён Моими ранами и Моей праведностью». Красное — Его кровь, белое — Его праведность. Так исполнилось сказанное у пророка Исаии: Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились.

Потом Он крепко обнял его. Иисус посмотрел ему прямо в глаза — глаза у Него были голубые. Он положил руки Стиву на плечи и сказал: «У Меня есть для тебя работа. Я скажу тебе, что это, в нужное время». Часть этой работы уже открылась: рассказывать людям, что небо реально.

Когда они выходили из тронного зала, Стив спросил ангела, почему тот поклонился и подтолкнул его вперёд. Ответ был прост: Господь — господин ангела, поэтому ангел склоняется перед Ним, а Стив — Его семья, и к Отцу он может обращаться напрямую. В тронный зал можно входить с дерзновением, потому что Бог — наш Отец.

Боевые кони — отдельная история. Иисус спросил: «Ты видел Моих боевых коней, правда?» — «Да, Господи, видел». — «Они готовятся к битве». — «А когда будет эта битва?» — «Очень скоро».

Стив видел огромные строения, в которых стояли тысячи и тысячи коней. Снаружи на стенах были вырезаны кони в разных позах: бегущий, кормящийся, просто стоящий, кобыла с жеребёнком. Внутри ангелы расчёсывали коней и надевали на них лёгкие доспехи. «Доспехи больше для вида, — сказал Марзука. — Коня ранить нельзя, но мы хотим, чтобы они выглядели красиво». Кони крупные и сильные, но при этом быстрые — как смесь скаковой лошади и тяжеловоза. «Они созданы для одной цели. После битвы Господь отдаст их тем, кто служил Ему».

Ангелы, которые рядом с нами

Марзука — не просто проводник на несколько дней. Он хранитель Стива и говорит, что был с ним с момента зачатия. Он спас ему жизнь больше раз, чем Стив когда-либо узнает.

Однажды Стиву было видение: позади него стоял огромный ангел, и с каждым мгновением он становился всё больше. «Я могу быть таким большим, каким нужно, чтобы защитить тебя». В другом видении за Марзукой стояли ещё пять ангелов — они работали вместе с ним.

Крылья у ангелов есть не всегда. Марзука показывал крылья, когда хотел, чтобы Стив их увидел, а чаще всего его вообще не было видно. Одни ангелы являются с крыльями, другие без.

Духа Святого на небе он не видел: Дух Святой — здесь, на земле.

Из библейских персонажей он видел двоих. Брат сказал ему, что ходит на изучение Библии с апостолом Павлом, и они действительно попали на одно такое собрание: большой амфитеатр, Павел внизу, они наверху. Голос он слышал, но слов не понимал. Второй был первомученик Стефан: они сидели рядом и разговаривали. Он сказал Стиву не бояться людей и говорить то, что велит Господь.

Битва была в мыслях

Кэти не знала, что муж вышел из тела. Она видела только, как всё ухудшается в реанимации. Она знала четыре вещи, которые нужно делать: три были известны ей с детства — о вере, а четвёртой научил Дух Святой. Суть проста: войти в Слово, молиться Словом, говорить Слово и верить Ему, потому что речь шла о жизни и смерти.

Главное сражение шло в мыслях. Как только приходила мысль о смерти, о том, какой будет жизнь без него, она отвечала: Не умру, но буду жить и возвещать дела Господни (Псалом 117:17).

Она доставала стихи об исцелении, читала их вслух и кричала, поднимала Библию к небу: «Бог не человек, чтоб Ему лгать, и не сын человеческий, чтоб Ему изменяться. Он ли скажет, и не сделает? будет говорить, и не исполнит?» (Числа 23:19). Она знала, что Бог почтит Своё слово, пока она верит Ему.

Второе место Писания, которое она держала перед глазами: Ибо кратковременное лёгкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу, когда мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно (2 Коринфянам 4:17–18).

Всё, что она видела, — муж на аппарате, палата, мониторы — она называла временным: «Это временно. Божье слово вечно. Он поправляется и вернётся домой». Она говорила это снова и снова, пока сомнения не уходили, и тогда начинала видеть невидимое. Она даже поставила его фотографию фоном на телефон, чтобы, когда в палату заходил кто-то из персонала, можно было сказать: «Смотрите, это мой муж. Вот как он выглядит. Вот как он будет выглядеть». Не то, что видно сейчас, потому что это временно.

Она почти никому не рассказывала о происходящем. «Господь спросил меня: ты хочешь сочувствия или хочешь чуда?» Если выложить горе в соцсети, получишь сочувствие, а ей нужны были люди, которые будут верить вместе с ней.

И ещё одно: ей пришлось прощать. В той больнице происходило то, чего не должно было происходить, — она увидела тёмную сторону своей профессии. Она встала на колени в молитвенной комнате, простила этих людей, помолилась об их спасении и попросила Господа не вменять им это. «Я не чувствую этого, я не ощущаю, что прощаю, но я делаю это верой, потому что мы ходим верою, а не видением» (2 Коринфянам 5:7).

Возвращение и восстановление

Марзука сказал: «Тебе пора просыпаться. Мне нужно вернуть тебя в тело, потому что Кэти будет сидеть рядом и ждать тебя». Возвращение было мгновенным: «Как щёлкнуть пальцами — и я в своём теле, открываю глаза». Быть обратно оказалось тяжело.

Он начал двигаться и обнаружил, что правая рука висит без движения: при переворачиваниях ей повредили нерв. Позже выяснилось, что оторвана ещё и мышца бицепса. Он программист, работает с клавиатурой, — а рука не слушалась. И всё это время он был на аппарате. «Всё, чего я хотел, — узнать, когда поеду домой».

В больнице, в промежуточном отделении и в реабилитации он провёл три с половиной месяца. Потом были ещё почти два года восстановления. Шестнадцать месяцев дважды в неделю — занятия со специалистом по реабилитации руки. Он потерял шестнадцать килограммов, почти всё — мышечная масса.

В первый раз его поставили между двумя поручнями: сзади медсестра с креслом, рядом человек с простынёй, чтобы поймать, впереди ещё один. Он сделал шесть шагов и понял, что от боли вот-вот упадёт. Помогло то, что он тоже начал видеть невидимое: представлять себя идущим — на прогулках, длинными маршрутами. Он не знал, сколько времени это займёт, но не сомневался в результате. Каждый день он добавлял несколько шагов: шесть, десять, шестнадцать, тридцать. Он спросил, сколько шагов нужно, чтобы выписаться, и услышал: 200–250. Он был на шестидесяти. Потом сделал 96 шагов, потом 85 — и его выписали на три дня раньше срока.

Небо реальнее, чем эта земля

После возвращения Стив стал иначе смотреть на людей: он гораздо острее чувствует чужие трудности, потому что прошёл через это сам. Он стал эмоциональнее и внимательнее в духе, видит ангелов — и не раз. Он смотрит простые фильмы и вдруг ловит себя на том, что плачет.

Зачем Бог вернул его? «Я думаю, чтобы рассказать о небе». Небо — реальное место, и оно реальнее этой земли. Там будут те близкие, которых мы потеряли, и они не остаются безучастными к тому, что происходит здесь.

Кэти видит перемену и с другой стороны: муж стал сострадательнее, понимает нужды людей, а во время поклонения и молитвы в духе его глаза открыты — он видит ангелов, а иногда и Иисуса. Однажды, когда она молилась и поставила вокруг дома двести ангелов, он просто сказал: «Я их вижу» — и описал, как они стоят двумя рядами вокруг дома.

Кони уже готовы

Боевые кони на небе стоят не просто так: они готовятся к битве, и битва будет очень скоро. Об этом стоит помнить каждый день, потому что мы живём не ради этой земли.

Есть люди, которые, начав жертвовать много, вдруг замечают, что их сердце постоянно тянется к небу. Один человек отдал машины и почти все сбережения — и однажды спросил: «Господи, Ты готовишь меня к смерти?» И услышал в ответ: «Просто впервые у тебя на небесном счету больше, чем здесь. Поэтому твоё сердце там, где твоё сокровище».

Над людьми, которые много думают о небе, часто смеются: слишком, мол, небесные, чтобы быть полезными на земле. Но всё наоборот: именно эта устремлённость к небу и делает человека полезным здесь.

Иисус возвращается, и кони уже готовы. Если вы ещё не знаете Его как Господа и Спасителя, помолитесь прямо сейчас: попросите Его войти в ваше сердце, простить ваши грехи и стать вашим Господом. Он умер за вас, Он любит вас и приготовил для вас то же место, куда попал Стив.

Мысли напоследок

• «Я люблю говорить, что был почти мёртв и немного жив. Технически я не умирал, но тело моё в те дни почти не работало»

• «Ваш духовный человек никогда не спит. Он бодрствует всё время — всегда готов услышать Господа или ангела, который хочет куда-то вас отвести»

• «Небо было реальнее, чем всё здесь. Земля — это как маленькая полоска неба, которая пошла под уклон после того, как вошёл грех. А небо чистое, безупречное — в нём нет разрушения»

• «Я могу подобрать тысячу прилагательных, и они всё равно не опишут этого чувства. Хотелось не уходить, потому что ты чувствовал столько любви, столько защиты, столько радости»

• «Люди говорят: у Него глаза как пламя. Но какая часть пламени самая горячая? Голубая. Тогда у Него не было причин показывать мне пламя — Он утешал меня»

• «Он оставил Свой трон и спустился ко мне. Если подумать, это удивительно: Царь оставил трон, чтобы подойти к человеку»

• «Ты — Его семья. Тебе не нужно ползти к Богу, ты можешь идти прямо к Нему»

• «Разве вы заставите своих детей ползти к вам, если они умеют ходить сами? Бог — лучший родитель, чем мы»

• «Не бойся человека. Говори то, что велит тебе Господь, и не бойся того, что сделает человек»

• «Я не знаю, сколько это займёт времени и как я приду к этому, но я приду»

• «Бог никогда не переставал творить. Он творит всегда, и понадобится целая вечность, чтобы увидеть всё, что Он создал»

• «Они ждут нас и сейчас подбадривают: "Иди, иди!"»

• «Мы здесь буквально странники в чужой земле, а небо — наш вечный дом. Поэтому стоит знать что-то о месте, которое мы представляем»

• «Чем больше мы думаем о небе, тем больше пользы приносим на земле»